Все о космосе

Сверхчеловеческая космогония нацизма Ч.3

Те, кто посвящен

"Человеческий род, — говорил Гитлер, — от начала до конца под­вергался циклическим испытани­ям. В наше время близится к концу солнечный период, уже заметны первые сигналы появления сверх­человека... Люди низших рас име­ют лишь подобие человека. Эти расы зародились в мрачные века Падения, когда после очередной катастрофы спутника Земли гро­мадные пространства были боло­тистыми пустынями. Низшие ра­сы увидели свет вместе с ползучи­ми тварями, отвратительными си­лами упадка. Низшие расы — ре­зультат жадного заиканья жиз­ненной силы. Новые твари зави­дуют человеку, подражают ему, но... они отстоят от нас дальше, чем животные... Это существа, чуждые естественному порядку природы".

Результаты нацификации обра­зования и науки в Германии ока­зались катастрофическими. "Не­мецкая физика? — вопрошал про­фессор Филип Ленард из Гейдельбергского университета, один из величайших ученых Третьего Рейха. — Вам ответят: "Наука всегда была и остается интернаци­ональной". Это ложное утвержде­ние. На деле наука является расо­вой,  как  любое другое творение человека,  что обусловлено теку­щей в его жилах кровью".

Профессор Иоганнес Штарк, глава Немецкого национального института физической науки, ду­мал точно так же: "Нетрудно об­наружить, что основоположники научных исследований в физике и великие первооткрыватели от Галилея и Ньютона до ведущих физиков нашего времени — почти все без исключения были арийца­ми преимущественно нордичес­кой расы".

А некий профессор Вильгельм Мюллер из Аахена в своей книге "Еврейство и наука" писал, что об­наружил всемирный заговор евре­ев с целью осквернить науку и тем самым уничтожить цивилизацию. Эйнштейна он считал архинегодя­ем. Его Теорию относительности, на которой зиждется вся совре­менная физика и космогония, на­цистский профессор считал не только "направленной... с начала и до конца на преобразование су­ществующего, то есть нееврейско­го мира... но и колдовством, спо­собным превращать все живое в призрачную абстракцию". Все­мирное признание Теории относи­тельности, по мнению Мюллера, явилось "взрывом радости в пред­вкушении еврейского правления миром, которое необратимо пода­вит и навечно низве­дет дух немецкого му­жества до уровня бес­сильного рабства".

На самом деле из всех учреждений на­цистской Германии основательно занима­лось учением о кос­мическом льде только Аненербе (Ahnenerbe — эсэсовский инс­титут изучения "на­следия предков"), и то по одной причине: широкую поддержку исследованиям ока­зывал Гиммлер, кото­рый поручил зани­маться подобными проблемами берлин­скому отделу метео­рологии этого инсти­тута. Но вскоре ока­залось, что отдел не способен в одиночку справиться с замыс­лами   Гиммлера    по изучению космоса, и возникла не­обходимость привлечения специа­листов более широкого круга.

В результате под руководством начальников института Бюста и Зиверса в 1938 г. на базе Грюнвальдской обсерватории был сформирован отдел астрономии. Его возглавлял Филипп Фаут — конструктор телескопов и астро­ном-любитель, который отличил­ся тем, что еще в 1918 г. издал 800-страничный фолиант под названи­ем "Ледовая космогония Гербигера". Начальники отделов метеоро­логии и астрономии должны были искать подтверждения истинно­сти "учения о мировом льде". Также в их задачи входили наблюдения за Солнцем (на основании которых предлагалось строить долгосроч­ные прогнозы), испытание модели "народного телескопа", объясне­ние причин техногенных ката­строф (например, пожара дири­жабля "Гинденбург"). Интересно, что благодаря наблюдениям Ане­нербе удалось выяснить причины периодических сбоев и без того слабой немецкой системы обнару­жения самолетов. Ими оказались периодические вспышки на Солн­це. В этой связи стоит добавить пару строк о Гербигере. Пятна на Солнце (как он утверждал) меня­ют свою форму каждые одиннадцать лет. Ученые-ортодоксы объяснить этого не умеют и ни­когда не объяснят. Они не знают, что на Солнце падают ледяные глыбы, которые отрываются от Юпитера.

Тем не менее, Гиммлеру для расширения поля деятельности требовался более компетентный помощник, способный курировать космическое направление. В конце концов, его взгляд остановился на сыне Гербигера. Ему предложили создать собственный отдел, зани­мающийся исключительно изуче­нием льдов.

Влияние "ледяной теории" на Аненербе было очевидным. Летом 1938 г. официальная "Астрономи­ческая газета" опубликовала по­ложительную рецензию на книгу Ф.Фаута о мировом льде. Осенью того же года во многих научных изданиях стали появляться ста­тьи, намекающие на то, что лед может существовать в свободном мировом пространстве, а потому метеорология должна принимать это условие в расчет. Тогда же Гиммлер поручил начальнику ме­теорологического отдела изучить австрийские залежи меди и дать их обоснование с точки зрения "учения о мировом льде".

И все же этот мощнейший инс­титут в естественных науках ока­зался гораздо слабее других нацифицированных научных учрежде­ний Германии. Большинство работ сотрудников Аненербе были за­секречены. Эсэсовские ученые ощущали постоянный недостаток высокообразованных специалис­тов. Зиверс и Вюст предпринима­ли неоднократные попытки при­влечь на свою сторону ученых, с недоверием относившихся к дея­тельности "Наследия", и иногда, за особые вознаграждения, это им удавалось. Благодаря расшире­нию штатов руководство Аненер­бе постоянно направляло много­численные экспедиции в подкон­трольные государства для поис­ков метеоритов и других возмож­ных свидетельств правильности "Вельтайслере".

Доктрина учила, что предки немцев пришли с севера, где обре­ли силу в снегах и во льдах, где на­ция будущих сверхчеловеков и мировых господ обрела стойкость и выносливость, необходимые для покорения мира, а вера в мировой лед — естественное наследие нор­дического человека. Задачей Ане­нербе в этом вопросе было найти доказательства справедливости учения о льде. Но тут нацистская наука давала сбои.

Гербигерианцы, утверждавшие, что могут предсказывать погоду на Земле на годы вперед, пообещали Гитлеру мягкую зиму. Вождь — мистик по складу ума — был твер­до убежден, что заключил "союз с Холодом", который является "жи­вой водой нордической расы", а значит, войну с СССР следует за­кончить до зимы, чтобы не разру­шить этот союз огнем (экономи­ческие аспекты войны тоже игра­ли свою роль). Поэтому после по­беды он соберет все свои силы, все свои элитные дивизии в единый кулак, и вечный лед (зима как час­тное его проявление) отступит пе­ред натиском армии — носитель­ницы огня. Абсурд? Но не для Гит­лера! Фюрер уделял огромное внимание материальному обеспе­чению армии. Но в Россию солдаты вошли в летнем обмундировании, им выдали только шарфы и пару перчаток для первых осенних за­морозков, ведь победоносные вои­ны огня могли воевать только в теплую погоду!

Однако война, в полном согла­сии с предсказаниями более трезвомыслящих аналитиков, затянулась. А в декабре 1941-го, издеваясь над Гитлером, удари­ли настоящие морозы. Пророчес­тва не сбылись, союз с холодом нарушился, звезды взбунтова­лись... Гитлер и его единомыш­ленники, посвященные в "тайную доктрину", восприняли это как недоразумение, как следствие недобросовестного отношения к свои богам... Кто теперь скажет, были массовые убийства "недо­человеков" только одной из задач СС или одновременно таинством ритуала будущих сверхчелове­ков перед алтарем космического Огня?

В России Лед восторжество­вал над Огнем. Гитлер отказы­вался верить в реальность. Когда генерал Гудериан прилетел в Берлин, рискуя быть разжало­ванным, и доложил о фактичес­ком положении вещей, фюрер вспылил: "Холод — это мое дело! Атакуйте!" Иллюзии вождя ока­зались сильнее реальных фак­тов. Он остался непоколебим в своих мистических заблуждени­ях, а ведь впереди его ждала еще одна очередная жуткая зима и где — под Сталинградом! Лед действительно восторжествовал над Огнем...

Еще один пророк — Герман Вирт, стоявший у истоков Аненер­бе и какое-то время руководивший одним из отделов института — пользовался у коллег авторитетом и оказал огромное влияние на Гит­лера, который дополнил его изыс­кания "Теорией полой земли", "Великими полубогами из Тибета" и "Шарниром времени".

Учение Вирта заключалось в следующем.

Первые люди возникли на юге, в Гондване. У них сплошь была "третья" группа крови. Их останки сохранились, их иногда находят современные археологи.

В то же время на Крайнем Се­вере существовала Арктогея, ог­ромный остров или целый конти­нент. Там — в стране Солнца, ра­зума, порядка, проявления косми­ческого Бога, уравновешенных инстинктов и истинной Веры, по­лученной от Сына Божьего — то­же появился первобытный чело­век. Группа крови у него была "первая".

Согласно Вирту, Север направ­лен к Югу, от Света к Тьме. Арктогея вначале замерзла, а затем затонула. Арии вынуждены были двигаться на Юг, часть из них за­держалась в северных районах континента, который в эпоху па­леолита разорвался на Антарк­тиду и грандиозный массив Евра­зии.

Первая волна ариев пришла в Европу, Иран и дальше прокати­лась на Восток, до Китая и Японии. Кожа из-за климатического воз­действия (и из-за смешения с мес­тными жителями) пожелтела. Тот факт, что кровь некоторых саму­раев относится к "первой" группе, доказывает их арийское проис­хождение.

Северяне, нордическая раса, пришли в районы, где обитали гондваны, жители Юга, с "третьей" группой крови. Они перемешались с ними, и возникла "вторая" груп­па. Вообще-то "нордическая" кровь расходится с Севера затуха­ющими лучами на Юг и Юго-Восток. Ее вливание повторилось, ког­да затонула Атлантида, и ее насе­ление хлынуло в Европу. Одновре­менно пришли с Севера те, кто за­держался там.

Свою теорию Вирт подтвер­ждал тем, что индейцы Северной Америки не смешивались с неан­дертальцами Африки, поэтому у них сплошь "первая" группа кро­ви. "Четвертая" группа самая за­гадочная по происхождению, ее больше всего у цыган, венгров и... украинцев.

Дмитрий Любченко, г. Луганск